V2
«Вам уже доводилось давать интервью в таком месте?» - с улыбкой спросил я Йошики, слегка поддразнивая его.
«Нет, впервые...»
Это и на самом деле был первый такой опыт, вызванный беспокойством о том, что в плотном расписании Йошики больше не найдется свободного времени для необходимого для NUDE интервью. Этот разговор состоялся в синкансене, в котором Йошики возвращался в Токио после выступления на телевидении в Нагое.
«Для меня это тоже впервые. Но ведь это интересно!» - ответил я, глядя на его улыбку. Что бы не происходило, эта улыбка всегда излучает радость и удовольствие, словно у детей, которых считают мастерами развлечений. Обычные люди, устав до предела, уже не думают о работе и могут лишь развлекаться. Улыбка Йошики отражала его глубокий интерес и удовольствие от мыслей, какое же интервью может получиться в таких условиях. И конечно, человек, который поставил темой своей жизни борьбу со временем, ценит время как никто другой.
Можно сказать, что он сам задал себе задачу испытать все непознанные способы самовыражения. Это было трудно, а порой опасно. Одним из последних, самых впечатляющих экспериментов в этой области стал его совместный проект с Комуро Тетсуя под названием V2.
5 декабря 1991 года, в день, когда отмечалось двухсотлетие со дня смерти Моцарта, состоялся яркий публичный эксперимент, который провели V2 в сопровождении оркестра из 65 человек...
**
И: Прежде всего, поговорим о выступлении V2.
Й: Получилось очень хорошо. Тем более, что у нас была всего одна репетиция накануне днем.
И: Вы исполняли совершенно новые вещи и провели всего одну репетицию?
Й: На самом деле было запланировано две репетиции. Но в первый день было много проблем, я вспылил и уехал домой, в родительский дом.
И: В родительский дом!?
Й: Концерт должен был состояться 5 декабря. Поэтому я решил второго вечером заселиться в ближайший к месту выступления отель, а 3 и 4 провести репетиции. Но второго вечером возникли всякие неприятности, так что примерно в три ночи я вскочил в свою машину и умчался оттуда один. Но я не знал, куда ехать, так что вернулся в родной дом (смех).
И: Наверное, домашние очень поразились?
Й: Поскольку я выехал поздно, то приехал уже утром. На вопрос: «Что случилось?» сказал, что рассердился и уехал. «Ну, что же, тогда отдохни!» (смех). Надо же, даже не волнуются, подумал я. Третьего я был дома, из фирмы звонили много раз, и сам я почувствовал, что будут проблемы, и решил вернуться.
И: Это уже четвертого числа?
Й: Третьего поздно вечером. Около 12 часов ночи я вернулся в NK и сразу начал готовиться к выступлению. Поэтому репетиция была только 4 числа.
И: А что это были за проблемы, из-за которых Вы рассердились и уехали, это что-то определенное?
Й: В то время расписание было очень напряженным, дорога каждая минута... Собственно, это всегда так (смех). Но в такое время водитель перепутал дороги, вместо того, чтобы ехать к NK, выскочил на скоростную трассу в Йокогаму, с этого все и началось. Приехали в NK, а там нет еды. И множество таких мелочей наложились друг на друга. И не только это, еще было много разного.
И: Если бы это была музыка Х, то Вы просто забыли бы обо всем, но здесь был концерт совсем другого формата, может поэтому напряжение было столь сильным?
Й: Да, до самого последнего дня ничего не было решено. И я все думал, действительно ли я это смогу? И в тот день, когда я уехал, то подумал, что наверное, не смогу выступить на концерте. Но потом я изменил свое мнение, и именно на репетиции четвертого вечером все и решилось.
И: Но когда смотришь концерт, кажется, что вся структура тщательно продумана. Особенно интересны были моменты, которых не бывает на обычном рок-концерте.
Й: Ха-ха-ах! Вот как?
И: Да, ведь в настоящее время нет людей, которые устроили бы на сцене импровизированную битву!(смех). К тому же ударные и синтезатор...
Й: Да, я впервые играл импровизацию на ударных. Еще раньше Комуро-кун говорил о том, чтобы устроить битву, и прямо перед концертом он дал мне ноты: «Сыграй это!»
И: Это была его музыка?
Й: Да. Но у меня не было ни своей копии нот, ничего, так что я сказал, что не смогу. Тогда он сказал, что тогда будем просто играть по настроению. Единственное, о чем договорились, это играть примерно 10 минут (смех). Какой ритм, какие аккорды, какое развитие, ничего не решено, только то, что «устроим битву примерно минут на десять». Так и сделали. Но в это время я испытывал наибольшее напряжение.
И: Да, кроме того, получилась еще и битва цифрового и аналогового инструментов (смех).
Й: Но это было здорово! Почувствовав ритм синтезатора, в то же мгновение и я вступал, затем еще несколько десятков тактов создаю образ... Впервые я делал импровизацию на ударных, когда вообще ничего не определено заранее, поэтому был в сильном напряжении. Но это доставило мне огромное удовольствие.
И: У меня создалось впечатление, что Комуро-сан очень завершенный артист, оркестр тоже звучал завершенно. В таком случае можно предугадать, характер спонтанности, стиль импровизации, но в Йошики чувствовалась какая-то первозданная резкость и жесткость.
И: Ха-ха-ха! В зависимости от условий все может быть совсем по-другому! Это была импровизация, где мелодия А становилась мелодией В.
И: Если смотреть с точки зрения зрителя, то и Комуро-сан, и оркестр олицетворяли гармонию, и только Йошики нес конфликт (смех). Хотя Вы ранее говорили, что это битва, но у меня осталось такое впечатление...
И: Я в это время старался играть в лад с оркестром. Но действительно, поскольку на мне был ритм, я захватил ведущую роль (смех). Но в течении всей этой битвы я был настороже, что-то будет дальше...
И: Для импровизации требуется наряду с мастерством и высокий уровень понимания инструмента, восприимчивость и интуиция исполнителя, к тому же, все эти качества необходимо проявлять мгновенно, так что не удивительно, что напряжение было сильным. Но это все было очень интересно.
И: Да, очень интересно. Я хорошо понял, насколько интересны вещи, которые не имеют предварительного плана. Незапланированные вещи действительно прекрасны, хотя есть и тревоги, но это то, что необходимо делать время от времени.
Й: Недавно Вы исполняли импровизацию на рояле, так что в последнее время Вы показываете разные стороны своего мастерства как исполнитель-импровизатор.
Й: Да, я открыл нового себя. Была бы ударная установка, и я без страха пойду куда угодно (смех). Но во время импровизации вдруг возникает образ: «А! Вот оно!» , и сколько раз при этом я чувствовал, что у меня нет уверенности продолжать в этом же ритме. Порой бывает, что я неуверенно себя чувствую, играя постоянно в одном ритме, и тогда приходится переходить в другой ритм, что очень досадно. И это я хочу как можно скорее преодолеть. Думаю, что я еще недостаточно силен...
**
И: После этой битвы началось соло на ударных. В это время фоном звучала поочередно хоровая и фортепианная музыка, совсем по-другому, чем во время концертов Х. Почему?
Й: В этот день отмечалось 200-летие со дня смерти Моцарта, поэтому я решил полностью взять его музыку, отобрал около 10 произведений, «Реквием», фортепианные концерты и сделал ремиксы в стиле хаус.
И: Вы сами сделали ремиксы?
Й: Да, сделал около 7 записей и отдал их оператору за микшерским пультом с пояснениями: «Эту музыку включайте, когда наступает напряженный момент, а эту — когда напряжение спадает». То есть тонкое управление я поручил этому человеку, который следил за моей игрой и положился на его восприимчивость. И конечно, раз я никогда прежде не использовал фоном хоровую музыку, это звучало по-новому. И все это я делал четвертого числа глубокой ночью. Вернее сказать, не глубокой ночью, а уже ранним утром пятого числа. Всю ночь не спал.
И: Но и структура самого соло отличалась от соло во время выступления Х. После окончания Вы не спустились вниз, как обычно, а сразу продолжили представление наверху.
Й: Да-да.
И: В это время сознание у Вас бывает не совсем ясное. И я боялся, что если бы после окончания соло Вы, как и в Х, ударив тарелку о пол, пошли бы вперед, то могли бы упасть с такой высоты.
Й: По правде говоря, ударная установка просто не опустилась вниз. Я закончил соло, а выйти не могу (смех). Тогда еще раз сыграл соло, закончил, но все равно не могу спуститься вниз. Подумал, неужели я так и умру тут наверху (смех). И потом выступление продолжилось.
И: Так значит, возникла проблема?
Й: Да. Если бы я попробовал спуститься, то действительно мог бы упасть. Когда я барабаню, я не знаю, вверху я или внизу. И лишь один раз посмотрел: «О, высоко! Самому не спуститься...»
И: Так что получилось соло в три раза длиннее обычного?
Й: Да, в два-три раза длиннее (смех). И хотя это чем-то похоже на соло в концертах Х, но здесь действительно ничего не было решено заранее. Какую включат фоновую музыку, в соответствии с ней я и играл.
И: То есть в некотором смысле это тоже была импровизация? Поразительно, насколько за один месяц повысился Ваш уровень как исполнителя и обогатился опыт.
Й: Да, играя в V2 я обнаружил очень много нового, открыл другого «я». Сколько же предоставляется возможностей, если играть только по настроению, когда ничего заранее не определено.
И: А еще, глядя на выступление V2, я подумал, насколько красивее стал Йошики, играющий на инструменте.
Й: Да, у меня было чувство, как будто хотелось танцевать. Раньше, когда я вкладывал всю энергию в выступление, то очень напрягал тело, и все мышцы болели. Но последнее время я и сам думаю о движениях, которые не давали бы излишнюю нагрузку. Более плавные движения не перегружают тело и, конечно, смотрятся красивее. Я разговаривал и доктором, есть бесконечно большое количество символов. И движения человеческого тела в том числе. И тут есть безграничное число значений. Действительно бесконечное. Поэтому в последнее время и чувствую любовь к ударным и действительно ощутил удовольствие от игры на ударных.
**
И: Я спрошу не по порядку выступления. Фортепианное соло в этот день началось с Unfinished, что бывает очень редко, а затем был переход к Турецкому маршу и Es-dur.
Й: Да, это тоже удивительно. Сначала я должен был играть Моцарта, так было и на репетиции. Но на концерте я вдруг заиграл Unfinished! “Ой, что же это!», «Ну и хорошо!» (смех).
И: И это тоже была своего рода импровизация!
Й: Я и сам не знаю. Я ведь специально для этого концерта репетировал Моцарта (смех). А
Unfinished даже ни разу не сыграл на репетиции. Это было поразительно. Перед этим я всем — и стаффу, и ответственным за освещение, сказал, что начну играть Моцарта, так что думаю, они тоже были ошеломлены (смех).
И: Наверное, если говорить о творчестве, то постепенно наружу прорывается то, что было у Вас внутри.
Й: Может быть... Но все, что я делал, было внове, поэтому напряжение было очень сильным. Может быть, это тоже повлияло. Я также впервые играл за роялем в сопровождении оркестра.
И: Когда сопровождает оркестр, ощущения совсем другие?
Й: Да, но мне не хватало давления звука. Хотелось бы больше силы. «Вот оно как!» - подумал я. А потом спросил: «А можно ли собрать оркестр не из 60 человек, а из 300-400?» Мне сказали, что нет ничего невозможного. Так что в следующий раз так и сделаю, уже строю планы.
И: Но ведь 300 человек просто не поместятся на сцене (смех). Однако стоять в окружении такого оркестра, наверное, замечательно.
Й: Но и давление велико. Ведь это все классические музыканты, все равно, что играть перед 300 учителями. Так и в этот раз, во время концерта ничего такого не чувствовалось, а вот во время репетиции такое давление было... Но это было интересно. Это сейчас я могу сказать: «Это было интересно» (смех).
И: В этот раз Вы использовали не обычные ударные Кристал, а Титан?
Й: Да, у меня такие тоже есть, когда я был в ЛА, то арендовал в TAMA. Звук был хорош, мне понравился, и я купил. В то время у них был только один образец для пробы, и я все и взял. И в конце концов купил.
И: По специальному заказу?
Й: В отличии от образца, мне сделали малый барабан немного потоньше, звучание получается лучше. Поэтому в последнее время я все думаю, если бы можно было взять звучание титана и внешний вид кристалла. Ведь живой звук тоже отличается.
И: Я впервые узнал, что двойной басовый барабан может заглушить оркестр. Получается, что звук у него сильнее, чем у целого оркестра!
Й: Ха-ха-ха! Да, музыканты из оркестра тоже удивились (смех). Прежде всего, оказалось, что многие и не знали о таком барабане, все говорили мне: «О, какой барабан! Это что-то новое?» «Нет, довольно много людей используют в игре двойной басовый барабан!» (смех). Но в это время этот барабан стал моим символом.
И: Да, этот концерт стал новым делом во многих отношениях.
Й: Да, я тоже думаю как-нибудь устроить такой же. Может быть, в следующем году.. Но мне хотелось бы регулярно делать такое. Хотя время сейчас летит очень быстро (смех).
**
И: Я впервые слушал музыку V2, но подумал, что, должно быть, сложно было работать над ней, потому что для исполнения требуется много аппаратуры.
Й: Да, действительно, аранжировка заняла много времени. Наложение звуков, работа над звучанием потребовала много времени. Но сама музыка возникала легко, даже подумалось, хорошо ли так быстро. Мы работали вдвоем и саму музыку создали за 2-3 дня.
И: Я уже спрашивал ранее о том, с чего началось ваше сотрудничество, расскажите, пожалуйста, как проходила совместная работа?
Й: Первая стадия — это компьютерная музыка. Я совершенно не силен в технике, во мне словно уживаются вместе и современный человек, и первобытный (смех). Поэтому в студии был инженер, работавший с синтезатором, а я просто писал ноты и передавал ему. И что потом надо говорить, ничего не понимал. «Что получится...Но ведь это интересно!» (смех). Комуро-кун с самого начала хотел написать музыку, в которой было бы противопоставление компьютера и ударных. Так что уже в начале работы в студии были в основном намечены основные контуры композиций.
И: То есть вы их там и завершили?
Й: Да, ведь мы оба композиторы, поэтому получилось быстро. Обменивались нотами, тут же проигрывая их в живую и на компьютере и обсуждая, и это было действительно интересно.
И: То есть авторы музыки — вы оба?
Й: Да, мелодии мы писали по очереди. Затем надо было разделить партии для исполнения. Вернее сказать, не разделили, а поручили друг другу. У нас почти не было специальных обсуждений, просто само получилось так, что вокал и синтезатор поручили Комуро, ударные — Йошики, а играть на фортепиано решили оба. То есть было то, что необходимо сделать самому, и то, что обязательно делать вдвоем. В общем, не знаю, плохо ли, хорошо ли, но я чувствовал, что это что-то свежее. Говоря одним словом, все это было очень интересно.
И: Наверное, наибольшее впечатление у Вас осталось не столько от созданных произведений, сколько от самого творческого процесса в этом проекте?
Й: Да, у меня именно такое чувство. Но если этого не понимать, есть и тяжелые моменты...
По отношению к созданным мной произведениям я всегда очень строг, и критика - это всегда дело тонкое. Но пусть говорят, что угодно и принимают как угодно. В этом проекте самое важным было не само по себе создание произведений, но именно взаимное сотрудничество, это было место, где мы оба смогли сделать открытия. Это было очень интересно, я многому научился и получив удовольствие, еще и приобрел новые стимулы.
И: То есть обстановка отличалась от обычной творческой обстановки в Х, когда идет аврал и все просто загнаны в угол?
Й: Да, отличалась. Хотя во время записи ударных тоже была трудная ситуация, но настроение отличалось на 180 градусов. Впервые сложилось положение, что я несу ответственность только за определенную часть. В Х я обычно вмешиваюсь во все с начала до конца. Да, действительно, я многому научился в разных смыслах слова.
И: Вы и раньше принимали участие в совместных проектах с Баки и LOX, но в V2 стал творческой площадкой, где Вы получили совершенно новый опыт?
Й: Да, в тех проектах я просто принимал участие, играя свою партию, но поскольку там не стояло мое имя, то и давления не было. В будущем мне хотелось бы попробовать еще различные проекты.
И: Продолжить V2?
Й: Для этого есть все возможности, и я хотел бы этого.
**
И: Но что заняло больше всего времени, наверное, запись, создание звучания?
Й: Да, во второй песне VIRGINITY очень много электронных звуков. И поскольку они должны были чередоваться со звучанием моих ударных, я искал такие звуки. Но когда Комуро-кун услышал, что у меня получилось, он поразился (смех).
И: Почему?
Й: Я начал с того, чтобы записать вообще все звуки, которые можно использовать, а затем слушал, что мне нравится, что не нравится. Получилась огромная база данных, Комуро-кун сказал, что многие звуки вообще никогда не слышал. И среди этого всего я выбрал то, что мне нравится. Использовал множество вариантов, которые я никогда в реальности не барабанил. Я использовал в цифровой версии в основном те ритмы, что невозможно сыграть вживую, так что это было интересно.
И: Проснулся интерес к цифровой записи? (смех)
Й: Да. Вначале предполагалось, что в VIRGINITY будет только электронное звучание. И когда зашел разговор о том, чтобы добавить и живой звук, я подумал, что раз есть электронное звучание, то живой звук будет проигрывать, поэтому мне эта идея совсем не нравилась. Но когда попробовали это сделать, я понял: «Живой звук хорош!» (смех). И когда электронное звучание чередовалось с живым, я снова ощутил, что: «Конечно же, в живом звуке есть волны!»
И: А тексты песен тоже писали вместе?
Й: Да, здесь получилось совсем не так, как я думал, так что я тоже открыл для себя новое.
И: Как конкретно проходила работа над текстом?
Й: Одновременно с мелодией, я придумал название и часть припева, а остальное толкование доверил Комуро. Во второй песне решили включить и мой разговор. Я увидел текст Комуро, и не спрашивая разъяснений, написал свою интерпретацию,так и получился текст этой части. Было очень интересно писать, отбросив все. Но думаю, тут еще у каждого из нас проявилась своя гордость, испробовать сделать все, что угодно.
И: И как Вам больше понравилось работать: загонять себя в критическую ситуацию, как в Х, или двигаться вперед вдвоем, когда у каждого проявляется своя гордость?
Й: Это зависит все-таки от звучания. Ведь в группе почти не используется компьютер. Но я все равно всегда работаю при аврале. Кажется, я сам к этому стремлюсь. Но есть еще множество вещей, которые я хочу испытать. Не знаю, как далеко я смогу зайти, но пока что ничего не боюсь.
И: Вы говорили сейчас, что и само существование этого проекта впечатляюще, но ведь кроме того, такое объединение известных артистов вне рамок звукозаписывающих компаний
постепенно может привести к прогрессу и в области защиты авторских прав и других областях?
И: Очень может быть. И мне хочется попробовать еще осуществить такие проекты. Да, в этот раз в V2 мы обошли крупные звукозаписывающие компании! (смех).
И: И напротив, если полностью отбросив сторону бизнес, затратить время ради развития возможностей только что пробудившегося в Йошики исполнителя, то за несколько лет можно добиться потрясающих результатов!
Й: Да, быть исполнителем...А еще сочинение музыки. На самом деле, мне хотелось бы больше всего времени уделять именно этому. И порой я думаю, что так и буду делать, но с другой стороны, именно потому, что я занимаюсь разными делами, я могу сконцентрироваться на чем-то. Например, если решить, что я буду делать только одно, то буду медленно и спокойно проводить время. А сейчас получается ситуация, что сегодня — это, завтра — то, и поэтому необходимо сосредоточиться. Так что порой я думаю, что такая разбросанность в жизни — это, может быть, тоже хорошо.
И: Постоянно бежать на пожар? (смех)
Й: Ха-ха-ха! Но вот и сейчас тоже сложилась критическая ситуация. Хотя когда мы только собрались, график уже был плотный. Что-то сорвется — и это тут же влияет и на другое. Но вот что я понял: необходимо основательно упражняться. И поскольку это не то, что случается внезапно, я хочу обязательно выделять время на упражнения и на фортепиано, и на ударных, чтобы еще лучше чувствовать связь с инструментом. Я считаю, что это действительно важно.
